Главная arrow Новости arrow Финансовая система России не суверенна

Видео:

 

Партнеры:

Спонсор раздела:




Спонсор раздела:




Спонсор раздела:




Спонсор раздела:




Спонсор раздела:

Статьи:

Хранилище Судного Дня на острове Свалбард
 
Билла Гейтса не надо представлять, под его руководством Майкрософт превратился де-факто монополию в мире ПиСи. В 2006м он ушел от дел в корпорации, не не ушел на покой, решив посвятить себя "Фонду Билла и Мелиссы Гейтс", в который отписны 34.6 миллиардов - и чтобы не лишиться особого статуса он обязан ежегодно тратить 1.5 миллиарда [основная масса денег фонда при этом зарабатывает больше, так что он не расходуется с годами - emdrone]. "Подарок" от Уоррена Баффета, в том же 2006-м, добавил еще 30 миллиардов в акциях принадлежащей ему "Berkshire Hathaway", создав ситуацию, когда фонд тратит больше всего годового бюджета Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ).

 
Финансовая система России не суверенна

ЦБ России такой же частный банк как и ФРС, но с меньшими полномочиями (печатный станок не того калибра).

Резервы центральных банков не являются национальными и государственными. Это именно резервы этих банков. И сами центральные банки не являются государственными. Это филиалы международной финансовой системы, единой и всепланетной.

Даже если у президентов разных стран, в том числе и России, есть гипотетическая возможность назначать и увольнять управляющих Центральными банками, это не значит что они могут ломать устоявшуюся систему "currency board" - режим "валютного комитета", действующий для всех стран.



Принято считать, что в результате проведения в России либеральных реформ в 90-х в стране создан независимый центральный банк. Независимый, естественно, от государства. Однако реформы эти шли по рекомендациям МВФ, а Геращенко, под руководством которого реформировался центральный банк, после ухода из ЦБ некоторое время работал в МВФ. Есть все основания полагать, что российский центральный банк приобрёл в ходе реформ не только независимость от российских органов власти, но и стал элементом международной финансовой системы, то есть стал зависим от международных финансовых центров. Об этом говорит вся политика ЦБ, который работает сейчас в режиме «Currency board» - «Валютного комитета». Этот режим работы центральных банков известен со времён колониальных институтов, учреждавшихся Британией в XIX веке, и является атрибутом её колониальной политики. Современный валютный комитет не вполне корректно считать таким же институтом, каким был его колониальный предшественник, но суть очень близка. В чём же она состоит?

Суть её в том, что выпуск национальной валюты идёт под резервы другой - валюты той страны, чьей колонией является страна. Эмиссия идёт только с выкупом и накоплением в резервах иностранной валюты. Национальная валюта оказывается обеспечена валютой другой страны, хранящейся в резервах, которые, в свою очередь, могут быть потрачены только в целях поддержки стабильного курса национальной валюты. Смысл такого подхода состоял, с одной стороны, в стабильности финансовой системы колонии (её курс оказывался автоматически привязан к внешней стабильной валюте), и в удобстве внешней торговли (то есть экспорта сырья) за счёт свободной конвертации валют - с другой. При этом денежная масса внутри страны определяется балансом внешней торговли и представляет собой эквивалент накопленных валютных резервов. В экономическом смысле такая система совершенно аналогична системе с использованием иностранной валюты вместо национальной. Печать своих денег под обеспечение чужой выглядит как простая замена банкнот с неким фиксированным коэффициентом.

«Валютный комитет» создаёт стабильность колониальной валюте относительно основной, но при этом центральный банк колонии утрачивает ряд важнейших функций. Прежде всего возможность денежной эмиссии для кредитования собственной экономики. Эмиссия национальных денег происходит только для выкупа валюты страны-метрополии. И в этом плане национальный банк страны-колонии выступает лишь местным филиалом центрального банка метрополии выполняя простейшие обменные функции. Если мы взглянем на ту систему, что реализует российский центральный банк, мы почти не найдём отличий:

1.ЦБР практически не кредитует российскую банковскую систему (исключение составляет лишь краткосрочное кредитование на МБК для поддержки устойчивости банковской системы).
2.Эмиссия происходит только для выкупа валюты на валютной бирже.
3.Привязка курса национальной валюты к «бивалютной корзине».
4.Зависимость эмитированной денежной массы от накопленных валютных резервов.
Системе "валютного комитета" характерен недостаток денежной массы внутри страны, ибо она определяется только экспортом. При откачке внешнего капитала экономика страны тут же приходит в упадок из-за отсутствия оборотных средств у предприятий. У системы «Currency board» есть только одно безусловное достоинство – стабильность курса национальной валюты относительно валюты метрополии (если конечно руководство ЦБ выполняет все принятые в рамках системы обязательства). Специфика политики российского ЦБ в рамках системы только в том, что привязка идёт сразу к двум валютам, к их «центрам масс». Что, естественно, не означает независимости.

Для сравнения с системой «валютных комитетов» можно привести систему федерального резерва США – ФРС. Даже уже само название содержит в себе суть этой системы – денежная эмиссия резервируется долгом федерального правительства. Бытующее мнение в патриотических СМИ о том, что доллар ничем не обеспечен в корне не верно - доллар обеспечен государственными обязательствами США. Его эмиссия происходит только при покупке государственных облигаций. По крайней мере так обстоит дело официально – балансы банков резерва показывают равенство обязательств ФРС (federal reserve notes), то есть денежной массой в обороте, c обязательствами государства, стоящих на балансе ФРС.

Такая система, кстати, тоже не говорит о суверенитете страны. Она зависима от частной банковской системы, которой по сути является ФРС. Государство же лишено право денежной эмиссии де-факто. Обеспечение эмиссии госдолгом – лишь ещё одна разновидность финансовой колонизации страны. Но не другой страной, а частными банками, не имеющими уже национальной принадлежности. Если обратить внимание на финансовые системы других стран, то относительным суверенитетом обладает национальный банк Японии. В США главное назначение кредитов центральных банков – помощь тем коммерческим банкам, у которых временно наблюдается острая нехватка ликвидности или которым угрожает неплатёжеспособность. Соответственно и процентная ставка по этим кредитам в нормальные годы слегка превышает процентную ставку на рынке краткосрочных капиталов, являясь «штрафной ставкой». В Японии же учётная ставка процента, по которой предоставляются кредиты Банка Японии, намного ниже ставки процента по краткосрочным межбанковским ссудам. Соответственно и займы у Банка Японии для коммерческих банков являются не чрезвычайным средством, прибегать к которому необходимо лишь в крайних случаях, а самым выгодным способом привлечения ликвидных ресурсов, подчас даже более выгодным, чем депозиты населения. Искусственное занижение официальной учётной ставки процента служила в Японии краеугольным камнем политики всемерного занижения процентных ставок на всем рынке ссудных капиталов. И эта политика значительно повысила рентабельность экономики Японии, где ставка по кредитам входит в издержки


 
 

Поиск:


Авиабилеты и отели:



RSS:

Rambler's Top100